Философия Аристотеля

 

Если, по Аристотелю, признать противоречия в бытии, то придется утверждать, что ни для одной вещи не су­ществует понятия, которое обозначало бы ее как сущ­ность, следовательно, пришлось бы признать, что все существует только случайным образом.

Из всего сказанного видно, что ограниченность ари­стотелевской диалектики состоит в том, что ею выдви­гается на первое место лишь один из моментов диалек­тики, принцип тождества, который отражает момент ка­чественной определенности и относительной устойчиво­сти материальных предметов и явлений и который со­держит в себе указание на их неизменную сущность — покуда они есть. Закон тождества и закон противоре­чия являются законами, которые отражают друг друга с противоположной стороны.

Следовательно, для категории сущности, по мысли Аристотеля, нет движения, так как ничто существую­щее ей не противоположно. Отсюда и принцип теории познания Аристотеля, согласно которому мы лишь по­стольку познаем все, поскольку есть нечто единое и тож­дественное. При толковании этих законов Аристотель в известном смысле противопоставлял логическое рас­смотрение физическому, реальному, что и порождает из­вестную кажимость антидиалектической направленности философии Аристотеля. В философии Аристотеля идеа­листическое разграничение логического и реального снимается его материалистической в целом теорией по­знания. Однако он не только противопоставляет друг дру­гу реальное и логическое, но и, как об этом писал В. И. Ленин, нередко путает их.

При всем том в учении о сущности в целом у Ари­стотеля очень заметны элементы диалектики. Начать с того, что категории возможности и действительности иг­рают, с его точки зрения, важную роль в становлении сущности. Таким диалектическим моментом является также то, что, например, сущность, воспринимаемая чув­ствами, по Аристотелю, подвержена изменению. Аристо­тель различает четыре вида изменений: в отношении сущ­ности, количества, качества и места. Изменением в от­ношении сущности является возникновение и уничтоже­ние; в отношении количества — рост и убыль; в отноше­нии качества — качественное превращение; в отношении места — пространственное движение. Диалектический

 

момент заключается здесь в том, что все эти виды из­менения всюду переходят в соответственные противо­положные состояния, что все изменяется из существую­щего в возможности в существующее в действительно­сти. Сущность, по Аристотелю, внутренне присуща вещам, ее следует искать не в идее, а в материаль­ном.

Как видим, Аристотель при разработке проблемы сущности в основном стоит на материалистической по­зиции. Однако в своих попытках найти «вечные сущ­ности» он явным образом отходит от материализма. Аристотель попытался выступить против метафизическо­го разрыва сущности и явления, но решить эту про­блему до конца он так и не смог. Отдельные блестя­щие догадки относительно того, что сущность — это со­вокупность некоторых общих, существенных сторон, признаков индивидуальных предметов, в его философии не получили развития. Первичная сущность, по Аристо­телю, поскольку она находится в единичных вещах, име­ет свое основание в материи, но, следует отметить, там, где Аристотель отходит от материалистической точки зрения, у него получается, что к самой сущности вещей этот субстрат не прибавляет ничего. На протяжении все­го его рассуждения о сущности, с одной стороны, про­ходит мысль о том, что субстанция может существовать сама по себе как неопределенная сущность, но, с дру­гой стороны, все время фигурирует утверждение, что суб­страт не существует без атрибутов.

Идеализм Аристотеля явственно выступает в его уче­нии о «первом двигателе». Вечные движения планет, говорит он, вызываются некоторой неподвижной и веч­ной сущностью, которая предшествует тому, что ею при­водится в движение (т. е. природе этих планет). Как видим, по Аристотелю, одна из сущностей занимает пер­вое место (вечная сущность), а другая — второе место (природа). Это идеалистическое рассуждение заканчи­вается утверждением, что «суть бытия, которая занима­ет первое место, материи не имеет»64. Он также пи­шет: «Сущностью, не имеющей материи, я называю суть бытия Создаваемой вещи)»65. Та же самая мысль им

  • Аристотель. Метафизика, стр. 214, лев. кол,
  • Там же, стр. 122, лев. кол.

Щ

Повторяется и в другом месте: «Если нам что-нибудь дается как материя или как вещь, связанная с матери­ей, здесь тождества (между вещью и ее сутью бытия) нет…»[1]. Сущность в гаком понимании совпадает с фор­мой.

Явной уступкой идеализму является и то место в 7-й главе одиннадцатой книги «Метафизики», где го­ворится, что, если в области реального есть какая-ни­будь сущность, существующая самостоятельно и не­подвижная, «то здесь, пожалуй, находится и божест­венное бытие, и это будет первое и самое главное на­чало»[2]. Однако эта идеалистическая точка зрения явно не согласуется со следующим рассуждением самого же Аристотеля:

«Ведь всякая сущность появляется путем возникно­вения»[3]. И в самом деле, ведь к божественному бы­тию как сущности неприложимо понятие возникновения и уничтожения. Здесь явно налицо проявление колеба­ний Аристотеля между материализмом и идеализмом, отмеченных В. И. Лениным.

Яндекс.Метрика