Возникает вопрос: нарушают ли, согласно Аристотелю,

Возникает вопрос: нарушают ли, согласно Аристоте­лю, явления будущего порядка принцип исключенного третьего?^Конечно, нет. Дело в том, что взаимоисклю­чающие положения, касающиеся будущих событий, Ари­стотелем понимаются не в смысле категорического про­тивоположения, а в смысле диалектически взаимоисклю­чающих друг друга моментов, каждый из которых фи­лософом рассматривается как логическое обоснование одной из реально возможных противоположностей: «Зав­тра, возможно, будет морское сражение» или, соответ­ственно, «Завтра, возможно, не будет морского сраже­ния. Истинность или ложность взаимоисключающих однр другое возможных положений, касающихся буду­щих событий, определяется в настоящее время уже не законом исключенного третьего, а реально существую­щей объективной возможностью. Поэтому, пока сущест­вует реальная возможность как того, что событие прои­зойдет, так и того, что оно не произойдет, нет необхо­димости, чтобы из двух противоположных суждений одно было истинно, а другое ложно. «Отрицанием воз­можности чего-либо,— пишет, выясня позицию Аристотеля в этом вопросе А. С. Ахманов,— является полагание его невозможности, т. е. того, что противоположно необходи­мости, а не возможности. Так Как полагание невозмож­ности есть подлинное отрицание возможности, то сужде­ния о возможности и невозможности подчинены закону противоречия и закону исключенного третьего… если ложно полагание возможности чего-либо, то истинно по­лагание его невозможнрсти, и если ложно полагание невозможности чего-либо, то истинно полагание его воз­можности» [1].

И это действительно так, ибо субъективная логика везде у Аристотеля определяется объективной логи­кой. Поэтому применение, закона исключенного третье­го к будущим явлениям — до перехода возможности в действительность — ограничивается областью противо­положных возможных положений, д истина при этом остается проблематичной. Так что определение законом исключенного третьего истинности или ложности проти­воположных моментов по отношению к будущему пере­носится в возможность. И потому ограничение приме­нимости закона исключенного третьего к явлениям бу­дущим снимается, как только с наступлением будущего возможное становится действительным. Другими слова­ми, закон исключенного третьего в области действитель­ности и необходимости сохраняет свое категорическое значение, в области же возможности и случайности име­ет место некоторое его ограничение, вполне, впрочем, временное (пока возможность не стала действитель­ностью) .

Вопрос о том, действительно ли Аристотель в своей философии допускал возможность третьего значения ис­тины, является все же проблематичным и требует спе­циального исследования, так как Аристотель, к сожале­нию, впоследствии не возвращался к этому вопросу и не разъяснил его. Однако такие исследователи, как При­ор и Лукасевич, придерживаются того взгляда, что гла­ва 9-я трактата «Об истолковании» не вызывает в этом смысле сомнений.

[1]   А. С. Ахманов. Логическое учение Аристотеля. М., 1969, стр. 152.

Яндекс.Метрика